у нас такие же тела, какие тела у наших братьев, и наши сыновья такие же, как их сыновья; а вот, мы должны отдавать наших сыновей и наших дочерей в рабы, и некоторые из наших дочерей уже находятся в порабощении. Нет никаких средств для выкупа в наших руках; и наши поля и наши виноградники у других.
Моё сердце возмутилось, и я строго выговорил знатнейшим и начальствующим и сказал им: вы берёте лихву со своих братьев. И я созвал против них большое собрание
и сказал им: мы выкупали своих братьев, Иудеев, проданных народам, сколько было сил у нас, а вы продаёте своих братьев, и они продаются нам? Они молчали и не находили ответа.
И я вытряхнул мою одежду и сказал: так пусть вытряхнет Бог всякого человека, который не сдержит этого слова, из его дома и из его имения, и так да будет у него вытрясено и пусто! И всё собрание сказало: аминь. И прославили Бога; и народ выполнил это слово.
Еще: с того дня, как я был назначен их областеначальником в земле Иудеи, от двадцатого года до тридцать второго года царя Артаксеркса, в продолжение двенадцати лет я и мои братья не ели областеначальнического хлеба.
А прежние областеначальники, которые были до меня, отягощали народ и брали с них хлеб и вино, кроме сорока сиклей серебра; даже и их слуги господствовали над народом. Я же не делал так по страху Божьему.
И вот что было приготовляемо на один день: один бык, шесть отборных овец и птицы приготовлялись у меня; и в десять дней издерживалось множество всякого вина. И при всём том, областеначальнического хлеба я не требовал, так как тяжёлая служба лежала на этом народе.